Молибден

МолдибденГлядя на современный карандаш, можно подумать, что это изделие века техники — XIX столетия. На самом же деле материа­лами, которые оставляют мажущий след, люди пользовались очень давно. Давно на­учились заключать сердечник из такого материала в оболочку. Как и в наше время, для письма пользовались графитом. Но, кроме графита, нередко в горах попадались и другие минералы, очень на него похожие. Они тоже были мягкими, имели серо-сталь­ной блеск и чешуйчатое строение. Считали, что все они представляют собой разновид­ности одного и того же материала. Его на­зывали «молибдена».

Этим же словом греки называли свинец и сернистый свинец (минерал галенит), ко­торый также оставляет темно-серый след на твердой поверхности.

Подошло XVIII столетие — век, когда было открыто существование многих до того времени не известных металлов.

Минерал, из которого делали каранда­ши, попал в лабораторию шведского химика Карла Вильгельма Шееле. Со свойствен­ным ему энтузиазмом Шееле занялся иссле­дованием. Прежде всего он стал пробовать на новом материале действие крепких кис­лот. В концентрированной азотной кислоте минерал растворился, но при этом в колбе выпал белый осадок. Шгеле установил, что в растворе образовалась сериал кислота, а осадок представляет собой «особую белую землю». Поскольку «земля» эта обладала кислыми свойствами, он назвал ее молибде­новой кислотой — кислотой из минерала «молибдена». Высушив остаток, Шееле про­калил его и получил ангидрид.

В то время химики еще не имели чет­кого представления о том, что ангидрид («кислота минус вода») — эти соединение элемента с кислородом. Однако собствен­ный опыт подсказывал ученому: чтобы вы­делить элемент из ангидрида, надо прока­лить его с чистым углем. Но для этого у Шееле не было подходящей печи. И он попросил другого шведского химика П. Гьёльма сделать этот опыт. Гьёльм охотно согласился.

Лишенный чувства зависти, беззаветно преданный науке, Шееле с волнением ждал результатов. И когда опыты завершились получением неизвестного металла, Шееле написал Гьёльму: «Радуюсь, что мы теперь обладаем новым металлом — молибденом».

Так новый металл получил имя, при­своенное ранее свинцу, от которого он так сильно отличается. Это было в 1790 году.

Полученный металл не был чистым — в нем содержалось много углерода, потому что Гьёльм прокаливал его с углем. Уже после смерти обоих первооткрывателей но­вого металла их знаменитый соотечествен­ник Берцелиус стал восстанавливать молиб­деновый ангидрид не углем, а водородом и таким образом получил чистый молибден.

Он же подробно изучил состав и свойства «особой белой земли» Шееле и определил атомный вес молибдена.

Молибден занял свое место в семье ме­таллов.

ПОМОЩЬ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦАМ

Новый металл и его соединения заинте­ресовали химиков XIX столетия, особенно благодаря разнообразию окрасок, которые они давали. Чистый молибден при длитель­ном хранении совершенно не изменялся — он прекрасно противостоял действию воз­духа и влаги. Однако при нагревании он легко соединялся с кислородом, и получа­лось порошкообразное желтоватое веще­ство, которое после охлаждения станови­лось белым, — трехокись молибдена. При на­гревании до 500° С молибден целиком переходил в это соединение. При этом вы­делялось большое количество тепла и на­чиналось саморазогревание. Подсчитали, что одним граммом сгоревшего таким обра­зом молибдена можно нагреть до кипения около семнадцати литров воды. Но кого мог интересовать металл, который при неболь­шом нагреве теряет все свои металлические свойства?

Минерал, в котором впервые был обна­ружен новый металл, тоже легко окислялся на воздухе, превращаясь в молибденовый ангидрид. В 1848 году русский химик Ген­рих Васильевич Струве вместе со шведом Л. Сванбергом занялись изучением свойств молибденовой кислоты и ее ангидрида. Они растворили ангидрид в концентрированном растворе аммиака (который известен всем нам под названием нашатырного спирта) и к полученному раствору прилили винного спирта. Из раствора выделилась канарееч­но-желтая соль — молибдат аммония.

Этой соли суждено было сыграть боль­шую роль в аналитической химии.

В те годы возникла наука о плодоро­дии — агрохимия. Специальные фабрики стали вырабатывать удобрения, содержа­щие азот и фосфор. И сразу понадобилось научиться точно контролировать содержа­ние нужных элементов. Интересовало это и владельцев фабрик, интересовало и сель­ских хозяев: потребители удобрений могли опасаться обмана со стороны дельцов. А по­лученный Струве и Сванбергом молибдат аммония оказался прекрасным реактивом на фосфор, полностью осаждающим его из растворов, дающим возможность опреде­лить его содержание в любых продуктах — туках, руде, металле.

Реактив оказался настолько хорошим, что и теперь его используют во всех лабо­раториях, определяя содержание фосфора. Молибдат аммония нашел и другое приме­нение. Оказалось, что он губительно дей­ствует на микроорганизмы. Его стали использовать в качестве дезинфицирующе­го вещества, обрабатывая им в небольших количествах обивку мебели в театрах, клу­бах, публичных библиотеках, чтобы про­длить срок службы этой мебели.

СОПЕРНИК ИНДИГО

С древних времен во всем мире слави­лась стойкая синяя краска из тропического растения — индиго. Стоила она очень до­рого.

В XIX веке, когда стала бурно разви­ваться промышленность красителей, хими­ки нашли новое применение молибдену. Раствор молибденовой кислоты в серной кислоте с добавлением винного спирта дал синюю жидкость, которую стали использо­вать для окраски шелковых тканей. Шелк и хлопчатобумажные ткани, пропитанные крепким раствором молибдата аммония, высушенные и затем протянутые через раствор восстановителя (хлористого олова), окрашивались в небесно-голубой или синий цвет. Кислые растворы солей молибденовой кислоты под действием восстановителей приобретают синий цвет. Такая краска на­зывается молибденовой синью или мине­ральным индиго. Было составлено много ‘ рецептов для окрашивания тканей молиб­деновыми солями не только в синий, но и в красный, желтый, черный, бурый цвета. Окрашивали этими солями шерсть, мех, ко­жу, дерево и резину. Использовали молиб­деновые соединения и для приготовления лаков, и для окраски керамических изделий. Например, фарфор окрашивается в голубой цвет молибдатом натрия, а в желтый — все тем же молибдатом аммония. Очень ценит­ся оранжевая краска из молибдата и хро­мата свинца.

А сернистый молибден, из которого в давние времена делали карандаши, стали добавлять к глине, окрашивая керамические изделия при обжиге в желтый или крас­ный цвет (в зависимости от количества молибденита).

ВТОРЖЕНИЕ В МЕТАЛЛУРГИЮ

Очень долго молибден использовали только как краситель и для приготовления реактивов. Только в самом конце XIX века его стали применять в металлургии. На Путиловском заводе в 1885 году выплавили сталь, в которой содержалось 0,52% угле­рода и 3,72% молибдена. Сталь эту под­вергли многочисленным исследованиям и проверкам. Оказалось, что свойства ее почти такие же, как и вольфрамовой стали, глав­ным образом — большая твердость, необ­ходимая режущим инструментам. Причем добавка в сталь 0,3% молибдена увеличи­вает ее твердость в такой же степени, как добавка 1 % вольфрама. Молибден влияет и на качество чугуна — благодаря умень­шению зерен повышается его прочность и износоустойчивость, что особенно заметно, когда детали работают при высоких темпе­ратурах.

В 1900 году на Всемирной промышлен­ной выставке в Париже была представлена Вайтом и Тейлором сталь, содержащая молибден и обладающая замечательным свой­ством — резцы из нее закаливались в про­цессе работы.

В 1890 году был разработан процесс выплавки ферромолибдена — сплава желе­за и молибдена с большим содержанием последнего. Добавляя в плавку определенные количества этого сплава, начали вы­плавлять специальные сорта стали. Молиб­ден наряду с хромом, никелем и кобальтом стали широко использовать для легирова­ния, для придания металлу специальных свойств. Можно уверенно сказать, что ле­гирующие металлы оказали немалое влия­ние на технический прогресс начала XX ве­ка, способствовали появлению новых тех­нологических процессов, рождению новых машин.

Тем временем приближалась первая мировая война. Военные ведомства евро­пейских держав требовали от промышлен­ности крепкой брони для кораблей и укреплений, особо прочной стали для пу­шек. Орудийные стволы стали изготовлять из хромомолибденовых и никельмолибденовых сталей, отличающихся высоким преде­лом упругости и в то же время поддающих­ся токарной обработке с высокой степенью точности. Из хромомолибденовой стали на­чали изготовлять бронебойные снаряды, судовые валы и другие важные детали. Фирма «Винчестер» применила эту сталь для изготовления стволов и ствольных ко­робок винтовок.

Появлялось все больше тяжелых мото­ров. Для них нужны были крупные шари­ковые и роликовые подшипники, выдержи­вающие большую нагрузку. И для этой цели подошли хромомолибденовые и никельмолибденовые стали.

В наше время, когда ежегодно добывают из недр Земли миллионы тонн молибдено­вых руд, 90% всего молибдена поглощает черная металлургия.

МОЛИБДЕН В АВИАЦИИ

Когда самолеты перестали делать из дерева и парусины, понадобились не толь­ко мощные моторы и легкие металлические листы обшивки. Понадобился жесткий кар­кас фюзеляжа из труб.

Сначала трубы из углеродистой стали удовлетворяли требованиям авиации. Но самолеты увеличивались в размерах, появи­лись самолеты-гиганты. Чтобы не увеличи­вать их и без того большого веса, потребо­вались трубы большого диаметра, но с ма­лой толщиной стенки. Трубы из хромова­надиевой стали не выдерживали протяжку до нужного размера и рвались, а в местах сварки отпускались и теряли прочность.

Выйти из этого тупика удалось с по­мощью хромомолибденовой стали. Трубы из нее хорошо .протягивались, прекрасно сва­ривались и, что главное, в тонких сечениях не отпускались при сварке, а самозакалива­лись на воздухе. А количество молибде­на в стали, из которой их протягивают, было совершенно ничтожным — всего 0,15— 0,30%.

ПОРОШКОВАЯ МЕТАЛЛУРГИЯ

Даже после того, как молибден стал играть важную роль в сталелитейной про­мышленности, он долгое время не находил применения в чистом виде, потому что по­лучался не в виде литой массы, а в порош­ке, хотя это и металлический порошок. Вся трудность заключалась в том, что молиб­ден — тугоплавкий металл (температура плавления 2622° С). Такую температуру не выдерживает обычная футеровка печей, и выплавить молибден, как и другие туго­плавкие металлы (вольфрам, тантал, осмий, рений), долгое время не представлялось возможным. Молибден к тому же при срав­нительно небольшом нагреве активно сое­диняется с кислородом воздуха и переходит в трехокись молибдена. Выплавленный в графитовом тигле, молибден оказался мо­нолитным, но хрупким, потому что .погло­щал углерод непосредственно из материала тигля, и при этом образовывался карбид молибдена.

Получить чистый пластический металл не удавалось. Русским химиком Николаем Николаевичем Бекетовым был разработан в 1890 году способ получения ковкого воль­фрама, но всей проблемы это не разрешало.

Только в 1907 году удалось, наконец, получить молибденовую проволоку. Химик Вердассер использовал для этого обходный путь. Металлический порошкообразный мо­либден он смешивал с клейкими органиче­скими веществами (например, с сахаром) и продавливал полученную массу через отверстие матрицы. Получалась клейкая нить. Поместив эту нить в атмосферу водо­рода, чтобы не допустить окисления молиб­дена, Вердассер пропускал через нее элек­трический ток. Нить нагревалась, органиче­ское вещество испарялось из нес, металл плавился, и получалась молибденовая про­волока. Этот так называемый метод шпри­цевания был еще несовершенен и явно недостаточен для промышленных нужд. Однако этим методом была получена про­волока не только из молибдена, но также из других тугоплавких металлов, в том числе из вольфрама.

В 1910 году Джеймс Кулидж взял па­тент на получение тугоплавких металлов способом металлокерамики. По этому ме­тоду сначала получали металлический по­рошок (так, как это делал еще Берцелиус). Затем добавляли к нему раствор глицерина в спирте и из этой массы прессовали штабики. Молибденовый порошок тоньше, чем вольфрамовый, поэтому прессованные бри­кеты из него получаются более прочными. Их спекают в печи при температуре 1100— 1200° С в течение 2—3 часов. После этого через брикеты пропускают постоянный ток низкого напряжения. Они разогреваются и свариваются — получается компактная мо­нолитная масса молибдена высокой чи­стоты.

Способ металлокерамики — порошковой металлургии завоевал всеобщее признание и в наше время имеет самое широкое рас­пространение.

ЭЛЕКТРИЧЕСКОЕ ОСВЕЩЕНИЕ И РАДИОТЕХНИКА

Нити накаливания в электрических лам­почках вытягивают из вольфрама, превос­ходящего по тугоплавкости все другие ме­таллы и дающего наибольшую светоотдачу. Но если впаять вольфрамовую нить в стек­лянный стерженек в центре лампочки, то он вскоре треснет в результате теплового расширения нити.

Когда исследовали физические свойства молибдена, то обнаружили, что у него нич­тожно малый коэффициент теплового рас­ширения. При нагреве от 25 до 500° С размеры молибденовой детали увеличатся всего на 0,0000055 первоначальной величи­ны. И даже при нагреве до 1200° С молиб­ден практически почти не расширяется. Поэтому вольфрамовую нить накаливания стали подвешивать на молибденовых крюч­ках, впаянных в стекло. В дальнейшем молибден сыграл еще большую роль в электровакуумной технике. К вакуумным приборам электрический ток подводится через молибденовые прутки, впаянные в специальное стекло, имеющее одинаковый с молибденом коэффициент теплового рас­ширения (поэтому только это стекло и но­сит название молибденового).

В двадцатые годы нашего века радио стало всеобщим увлечением и потребно­стью. Началась форменная радиогорячка.

Радиоприемники тех лет были обыч­но безламповыми — детекторными. Лучшую слышимость подбирали, пробуя в разных местах контакт между стальным тонким щупом — контактной пружиной и кристал­лом… все того же самого распространенно­го молибденового минерала — молибдено­вого блеска (он же молибденит, он же сер­нистый молибден) — того самого, который в древности использовали вместо грифеля.

Металлический молибден служит в ра­диоприемниках и в наше время. Он хорошо прокатывается в тонкие листы толщиной 0,1—0,2 миллиметра, выдерживает сильный нагрев и потому оказался хорошим мате­риалом для анодов радиоламп.

И ДРУГИЕ ОБЛАСТИ ПРИМЕНЕНИЯ

Сплав из молибдена с вольфрамом в паре с вольфрамом можно использовать для измерения температур до 2900° С в вос­становительной атмосфере. Молибденовая проволока может служить обмоткой в вы­сокотемпературных (до 2200° С) печах (од­нако для этого необходима неокисляющая среда).

Используется в технике и вредное в ряде случаев свойство молибдена окислять­ся при высокой температуре. Молибден применяют для очистки благородных газов от примеси кислорода. Неон или аргон про­пускают над нагретой до 600—900° С по­верхностью молибдена, и она жадно по­глощает кислород.

Тугоплавкий, ковкий, не тускнеющий, обладающий приятным цветом молибден получил признание у ювелиров как замени­тель драгоценной платины. Молибден и соли молибденовой кислоты используют в различных химических процессах в качестве катализатора. В кожевенной промышленно­сти соединения молибдена добавляют к ду­бильному раствору… А молибденовый блеск, который раньше не отличали от графита, в наше время и применяют вместо графита, как высокотемпературную смазку (по кри­сталлической структуре этот минерал дей­ствительно подобен графиту).

МЕСТОРОЖДЕНИЯ МОЛИБДЕНА

МолдибденВ земной коре содержится около 0,001% молибдена, — как полагают, несколько мень­ше, чем вольфрама, кобальта, олова, но значительно больше, чем таких известных с древности элементов, как мышьяк, сурь­ма, ртуть, серебро, золото.

Концентрации молибдена в рудах неве­лики— при содержании 1% руда уже счи­тается богатой. Насчитывается 15 молибде­носодержащих минералов, наиболее извест­ны 4: сернистый молибден (молибденит, молибденовый блеск), вульфенит — свин­цовая соль молибденовой кислоты, повеллит — кальциевая соль молибденовой кисло­ты и молибдит — («молибденовая охра») — соединение окислов молибдена и железа. Наиболее важен молибденит. Из руды, со­держащей этот минерал, получают ферро­молибден, а его уже добавляют к стали в качестве легирующей добавки.

Добыча молибденовых руд началась лишь в 80-х годах XIX столетия. До первой мировой войны молибден добывали в про­мышленных масштабах только в Австралии и Норвегии (всего несколько десятков тонн). Во время войны — к 1918 г. — миро­вое производство молибдена достигло 800 г. Намного увеличился объем добычи в Нор­вегии, началась разработка молибденовых руд в Канаде и США. Залежи вульфенита нашли в Испании, строились рудники в Манчжурии и в Корее, Австралия начала добывать молибден не только на материке, но и на островах Новая Зеландия и Тас­мания.

В 1916 году началась разработка бога­тых молибденовых руд массива Клаймакс, в американском штате Колорадо. Во время войны молибден стали добывать Швеция, Перу, Чили.

Но вскоре после окончания первой ми­ровой войны спрос на молибден резко со­кратился, цены упали, и добыча почти прекратилась. Только к 1923 году воевав­шие государства израсходовали накоплен­ные запасы, и добыча молибдена опять по­шла в гору.

Перед второй мировой войной капита­листические страны добывали в год 15—- 17 тысяч тони молибдена, а в 1943 г. — 30 тыс. г в рудных концентратах. После войны производство молибдена несколько упало и составляло в 1952 г. 22 тыс. г, а в 1956 г. снова выросло до 30 тыс. г. Из капиталистических стран больше всего молиб­дена добывают в США (до 90%). К числу поставщиков этого металла принадлежат также Чили, Мексика, Канада, отчасти Норвегия и Финляндия.

Почти монопольное положение Америки в торговле молибденом изменилось только в послевоенные годы. Социалистические страны располагают сейчас собственными месторождениями и полностью обеспечи­вают этим ценным металлом свою промыш­ленность.

СОВЕТСКИЙ МОЛИБДЕН

В России молибден начали добывать в начале XX века в Забайкалье, на Чикойском руднике, попавшем в концессию ино­странной фирме. Молибденовую руду кон­цессионеры отправляли за границу, а в Россию молибден ввозили из Германии. Когда началась первая мировая война, импорт из Германии прекратился. Добыча молибдена на Чикойском руднике увеличи­лась до… одного пуда (16 кг) молибденово­го концентрата в день. Значительная часть молибденового концентрата из Чикоя поступала в распоряжение фармацевтическо­го общества Феррейна в Москве, которое налаживало у себя производство молибдата аммония, необходимого для определения фосфора в удобрениях. Продукции Чикоя явно не хватало, и молибденовым сырьем стала служить австралийская руда, кото­рую доставляли во Владивосток морским путем. Вскоре концессионеры закрыли Чикойский рудник, и добыча молибдена в За­байкалье прекратилась до 1926 года.

Советское государство заинтересовалось редкими металлами с первых месяцев свое­го существования. Уже в 1917 году в городе Богородске под Москвой на заводе «Элек­тросплав» начались опыты по выплавке мо­либдена. Гражданская война, борьба с контрреволюцией приостановили эти рабо­ты, но уже в 1921 году при химическом отделе ВСНХ был организован отдел новых производств во главе с В. Н. Глебовой. По ее инициативе создали «Бюро редких эле­ментов» (Бюрель), которое заинтересовалось прежде всего получением металличе­ских вольфрама и молибдена из отечествен­ных руд. Первые работы были начаты в лаборатории неорганической химии Москов­ского университета под руководством про­фессора И. А. Каблукова и В. И. Спицина (ныне академика).

Россия становилась на путь электрифи­кации, Россию нужно было прежде всего осветить. И в 1922 году понадобились нити накаливания и подвески для них из соб­ственных вольфрама и молибдена. Тогда при Московском кабельном заводе откры­лась специальная вольфрамовая лаборато­рия, в которой несколько энтузиастов — сотрудников «Бюреля» после долгих по­исков (заимствовать опыт было неоткуда) наладили производство вольфрамовых ни­тей накаливания. А в 1928 году удалось на­чать выпуск молибденовой проволоки. В 1931 году Московский электрозавод вы­пустил уже 70 миллионов метров вольфра­мовой проволоки и 20 миллионов молибде­новой.

В те же годы возобновилась добыча мо­либденовых руд в Забайкалье. А вслед за тем геологи открыли много месторождений молибдена в Сибири, Казахстане, на Кав­казе и в других районах Советского Союза.

Еще в 1926 году академик А. Е. Ферс­ман на основе анализа распространенности руд предложил выделить «монголо-охот­ский металлический пояс», который харак­теризуется залеганием руд олова, вольфра­ма, молибдена и других металлов. В пре­делах СССР в этот пояс входит все южное и восточное Забайкалье, Приамурье и по­бережье Охотского моря.

МОЛИБДЕН В ЖИВЫХ ОРГАНИЗМАХ

МОЛИБДЕНМногие элементы — бор, марганец, цинк и другие — находятся в обычных почвах в ничтожно малых количествах, но тем не менее существенно влияют на развитие ра­стений и животных. К этим так называемым микроэлементам относится и молибден.

Современными методами исследования молибден обнаружили в зеленой массе ра­стений (около 1 мг на килограмм сухого вещества). Много оказалось его в горохе и бобах. Нашли молибден и в различных органах животных организмов, до 2 мг на 1 кг сухого вещества у беспозвоночных и около 0,3 мг на килограмм — у позвоноч­ных. Это не могло быть случайностью — стало ясно, что молибден играет определен­ную роль в обмене веществ. Однако суще­ство дела долгое время оставалось совер­шенно непонятным.

Вначале в одном опытном хозяйстве в Повой Зеландии было замечено, что добав­ление в почву ничтожных количеств молиб­деновых солей увеличивает урожай люцер­ны на 30%. 50—60 граммов молибденовой соли на кислых почвах стали заменять тон­ну извести, без которой раньше удобрение суперфосфатом не оказывало никакого дей­ствия. В той же Новой Зеландии фермеры долгое время покупали почему-то только низкосортный известняк, который хотя и был дешевле, но извести содержал много меньше. Объяснить это простым недомыс­лием было трудно — фермеры явно знали свои поля и разницу в качестве дорогого и дешевого известняка. Когда же один из химиков предпринял тщательное исследова­ние, то оказалось, что в низкосортном из­вестняке содержатся ничтожные примеси молибденовых солей. Но их было достаточ­но, чтобы увеличивать урожай клевера и люцерны. Малые количества молибдена усиливают активность клубеньковых бакте­рий на корнях бобовых растений — гороха, фасоли, сои, клевера, люцерны, благодаря чему они лучше усваивают азот и быстрее растут Есть и другие растения, небезраз­личные к молибдену, например, донник ле­карственный (астрагал) накапливает в сво­их тканях молибден в количествах в 100 раз больших, чем другие растения.

Но в дальнейшем выяснилось, что не на всех почвах молибден проявляет свое по­лезное действие. На красноземах и бурозе­мах, в которых содержатся соли железа, его действие не сказывается. Обнаружилась и «оборотная сторона медали» — избыток молибдена в растениях пагубно сказывался на животных. В Англии, в округе Сомерсет, в течение многих лет наблюдалось тяжелое заболевание скота — у животных портилась шерсть, расстраивалось пищеварение, не­редко болезнь заканчивалась падежом. Анализ почвы и растений на пастбищах этого округа показал, что содержание мо­либдена там в три с лишним раза больше обычного. Заболевание животных получило название молибденозиса, а человек заболе­вает при избытке молибдена далеко не но­вой болезнью — подагрой.

Науку о влиянии на организм химиче­ской среды, об участии различных элемен­тов в обмене веществ начал создавать ака­демик Владимир Иванович Вернадский. Ученик Вернадского академик Александр Павлович Виноградов установил биогеохимические провинции — территории, в кото­рых почвы обогащены тем или иным эле­ментом. Наше Закавказье выделяется как молибденовая провинция — здесь почвы так же обогащены молибденом, как и в округе Сомерсет в Англии. Но заболевание скота, обычное в Сомерсете, в Закавказье не встречается. Было предположение, что при­чина заболевания заключается не в избыт­ке молибдена, что в этом ученые ошиблись. В конце концов исследователи убедились в правильности первой версии. А разница объясняется тем, что в почвах Закавказья много железа, меди и серы, которые в определенных соотношениях с молибденом сни­мают его токсическое действие.

Только в последние годы роль молибде­на в организме животных и человека ста­новится яснее. Установлено, что молибден входит в состав важного фермента — ксантиноксидазы. Если в пище мало молибдена, то этот фермент образуется в недостаточ­ном количестве, и организм болезненно реагирует на его нехватку.

Если же молибдена в пище больше, чем нужно, то обмен веществ тоже нарушается. Ксантиноксидаза ускоряет азотистый обмен в организме, в частности пуриновый обмен. В результате распада пуринов образуется мочевая кислота. Если этой кислоты слиш­ком много, то почки не успевают выводить ее из организма, тогда в суставах, в мышеч­ных сухожилиях скапливаются растворен­ные в этой кислоте соли. Суставы начинают болеть, развивается подагра.

Молибден служит человеку. Он не поте­ряет своего значения и в будущем, когда пушечные стволы и корабельная броня бу­дут забыты человечеством, когда свойства любого металла станут служить только нуждам человека, мира, свободного труда.

Б. И. КАЗАКОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>